Виктор Викторович Саргин

Нет, повторяется такое иногда!?

дневник поездки на турбазу "Озёрная", лето 1999г.

Редакция 2, исправленная и дополненная

Красное солнце, озёрная гладь,
И ветер, играющий кронами сосен.
"Всё это вернётся? Возможно ль опять?" -
Не раз еще в будущем мы себя спросим...

Длинная предыстория

Это место - "Озёрную", мы открыли для себя два года назад, в 1997 году. Неделя июля, проведенная там, надолго врезалась в память динамичностью отдыха и остротой ощущений, и дала повод многочисленным воспоминаниям и рассказам, ставшим впоследствии байками. Тогда же был написан дневник "Мишки в сосновом бору", правда, вышедший в свет только в прошлом году. Так как общее впечатление от поездки осталось великолепным, то на протяжении последующих двух лет идея съездить туда снова жила, но всходов не давала. Пока не наступило лето 99 года...

Краткая предыстория

В начале марта Антон предложил запланировать поездку туда на первую неделю июля. Я согласился, начали обрабатывать всех наших знакомых на эту тему. Согласие выражали многие, но с оговорками - как сессия, работа, другие планы и т.д. В конце июня вдруг оказалось, что июль уже скоро, а не подготовлено ничего. Ни состав участников, ни цен на турбазе не знаем, даже телефона самой турбазы тоже нет. Стали лихорадочно звать всех, кого хоть чуть-чуть знали, иногда забывая при этом про близких друзей. Телефон турбазы я нашел в Интернете, чему сам удивился, и ещё больше удивился, когда ознакомился с нынешним состоянием этого прекрасного места отдыха. По предварительным радужным оценкам поехать должно было от 6 до 10 человек. Звонок на турбазу вообще вверг меня в состояние эйфории - места были, и по приемлемой цене - 120 рублей в день, баня и лодки существовали, тир, правда, за это время успел сгореть. Тут начались обломы - друзья один за другим отказывались от поездки по разным причинам. Был момент, когда мы со Снейком размышляли, ехать нам вдвоем или не ехать вообще. Для решения вопроса была использована схема с третьим состоянием - Snake решил взять Олю. Зная, как Снейк может замыкаться на девушках и "крючиться" вместе с ними, я загрустил совсем. Однако веселый характер Оли всё-таки оставлял некоторую долю оптимизма. Перед самым нашим отъездом стало известно, что Shed с Олей едут тоже, но на несколько часов позже.

Если у Вас хватило сил дочитать до этого места, то я предлагаю Вам не бросать чтение, а налить себе чашечку кофе или чего покрепче и устроиться поудобней - начинается самое интересное. Поехали...

Действующие лица

Оля Богачёва (Оля) } AO Оля Ходаченко (Ольга)1 } SO
Антон Виноградов (Snake) Юрий Колеров (Shed)
Я, Виктор Саргин, - автор (скромно так)...

Бездействующие лица

Все, кто не поехал.

Остальные герои данного повествования будут объявлены и описаны по мере их поступления.

День первый, 2 июля, пт.

Оля, Антон и я договорились встречаться на станции "Проспект Мира" в 13.15. Я приехал с некоторым опозданием, AO уже ждали меня. Snake был спокоен, Оля нервничала. Когда мы поздоровались, Антон что-то сказал ей, после чего она вдруг совсем позеленела. Как оказалось, Антон, дабы перестраховаться от опоздания Оли, сказал ей, что поезд уходит на 20 минут раньше и назначил для неё встречу на 13.00. За такое злостное недоверие к пунктуальности Оли Snake был наказан тем, что пока мы ехали до вокзала, она пыталась держаться к нему спиной, не позволяя тем самым принести положенные в таких случаях извинения.

Поезд уже подали, мы без труда разместились в вагоне. Места были рядом через проход, так что в процессе движения мы могли беспрепятственно общаться. Единственное неудобство было в том, что мы сидели далеко от окон, и чтобы посмотреть в них, приходилось вставать. Жарко было невыносимо - всё вокруг было липким и мокрым. Всю дорогу занимались чтением и поглощением воды. Читали кто что: Оля - газету с кроссвордами, Snake - "Men's Health", я - "Playboy". Т.е. не я - playboy, а я его читал, исподтишка наблюдая за реакцией на него различных девушек, проходивших мимо.

В Бологое мы приехали по расписанию, т.е. около восьми вечера. Картина города мало изменилась за два года. Переходя, как и прежде, по пешеходному мосту через пути, мы увидели рекламный щит "Озёрной", лежащий на земле. Тогда он, кажется, еще стоял. Автовокзал чуть переехал от моста - на соседнюю площадь. Как и положено провинциальному городу, на улицах в эти часы народу было крайне мало. Бросив вещи в здании автостанции и оставив Антона их стеречь, мы с Олей отправились опять на вокзал, дабы узнать расписание обратных поездов и возможные трудности приобретения билетов. По дороге мы были приятно удивлены ценами во встречавшихся нам ларьках. Рядом с автостанцией мы обнаружили маленькое и очень милое кафе, - по крайней мере, было где вымыть руки. Антон предложил поесть, т.к. на т/б в этот вечер ужина для нас не было. Переборов инстинктивный страх перед принятием пищи в незнакомых предприятиях общепита, мы заказали "сосиски со сложным гарниром" и уселись за столик на улице, одновременно контролируя момент подачи автобуса. "Сложный гарнир" на деле оказался рисом с кетчупом, огурцами и помидорами, но блюдо в целом вышло вполне съедобным и даже вкусным. Народ толпился на остановке, а мы спокойно сидели и ели. В автобусе людей набралось много - в основном, женщины и пенсионеры, которые ехали из города на свои дачи. Добрая бабуля позволила разместить у себя в ногах рюкзак Антона, и мы полностью забаррикадировали её своими вещами. По дороге она посетовала на длительное отсутствие дождей, но я пообещал ей, что они скоро будут.

На въезде в "Озёрную" моё сердце учащенно забилось - видимо, в прошлый раз я оставил здесь какую-то частичку себя, и мне было страшно, не пропало ли то, что я эти два года вспоминал с таким теплом. И мог ли я в этот момент предположить, какой след оставит в моём сердце поездка нынешняя... Как бы логически завершая мои романтические размышления, автобус остановился, и в спускающихся сумерках мы узнали знакомые контуры административного корпуса, магазина и Главного Камня турбазы. Остальные пассажиры быстро разошлись, и мы остались одни. Я испытал огромное облегчение, когда последний "нервный" момент приезда был снят, - как и договаривались по телефону, нас встретила горничная. Звали её Валентина Ивановна, очень приятная женщина, доброжелательная и улыбчивая. Нас поселили во 2-й корпус, на второй этаж, в два двухместных номера. Сначала мы чуть расстроились из-за 2-го корпуса, но она заверила нас, что этот лучше, чем 1-й. Как показало время, она была права. Из разговора с горничной мы узнали, что сейчас на т/б отдыхает 1 (одна) (!!!) девушка2. Еще живут монтажники, которые что-то тянут из Петербурга в Москву (оптоволокно?!), но они не в счёт. Пожелав приятного отдыха и оставив свои координаты на случай приезда пополнения, В.И. удалилась.

Моё самолюбие не выдержало, и я потребовал благодарности от AO за грамотно организованный заезд. Краткий осмотр номеров показал, что они вполне приличны - стулья, кресла, тумбочки, шкафы, симпатичные обои (кстати, до сих пор редкость на многих т/б) и даже телевизоры в номерах. Черно-белые и неработающие. Быстро переодевшись, мы вышли на рекогносцировку турбазы и купание. К озеру мы прошли между 1-м корпусом и столовой. Прежние тропинки заросли, теннисных столов не было ни у одного корпуса. Обугленные руины тира дополняли печальную картину запущенности и заброшенности. Вдобавок к этому, обычный для вечерних приездов куда-либо первобытный страх ночевки в незнакомом месте тоже не добавлял оптимизма. Племя младое, незнакомое сидело на старом причале и состояло из трех неизвестных девушек юного возраста. Из тени деревьев на фоне еще светлого озера да под наше настроение они сошли за русалок. Девушки отсканировали нас взглядом, таким, каким я обычно изучаю меню, и что-то между собой обсудили. На пляже (№1) царило некоторое оживление - там купались три мужика. Мы разделись и залезли в воду. Она была изумительна, что очень нас порадовало. Пока мы всячески отрывались, плавая различными стилями и используя друг друга в качестве трамплина, на пляж прибежала, окунулась и также быстро убежала кучка детей детсадовского возраста. Их быстрый отход был обусловлен медленным, но верным выдвижением из-за леса большой темной тучи, не обещавшей ничего хорошего. Три русалки тоже появились на берегу, и вскоре забрались в воду неподалеку, не стесняясь обсуждать нас во весь голос. Было решено, наконец, что пора сматываться. Но было поздно. Полил весьма нехилый дождь (вот бабушка из автобуса порадовалась!), одеваться не было смысла, и мы так и отправились в корпус.

После купания настроение немного поднялось; мы определились, что все пьянки-гулянки проводим у меня, благо места много. Долго стаскивали еду и стаканы. Затем Антон притащил своё любимое ружьё, повесив импровизированную мишень на дверь. Несмотря на наши с Олей вопли протеста, он всё же выстрелил; мы, забыв про наши вопли, тоже сделали по выстрелу и уселись за стол. Пришла, наконец, пора поесть и выпить "за тех, кто ещё едет". Не успели мы поставить стаканы, как в окно что-то стукнулось. Шторы были задернуты, мы не стали реагировать, решив, что местные уже вышли на тропу войны. Стук повторился. Скорчив на лицах свирепые выражения морд, мы выглянули в окно. Нашим злым взглядам предстали SO, радостно махавшие нам руками. Мы быстро спустились вниз, протащили их через вход, у которого тусовались местные и засунули к себе в номера. Было около полуночи, поэтому не теряя ни минуты, мы отправились к В.И. домой. Она вполне спокойно восприняла нас, пришла в корпус, выделила ребятам комнату, пообещав, что обедом их уже будут кормить. Добавив на стол еды и выставив необходимое количество стаканов, мы продолжили трапезу. Благо, все давно не виделись, событий накопилось достаточно, так чтобыло о чём поговорить. Несмотря на прошедший дождь, было жарко и душно, поэтому всех опять потянуло в озеро. Интуитивно перепрыгивая через различные препятствия, мы двинулись сквозь лес на пляж. Раздевшись там, с визгом и криками все ломанулись в озеро. Как назло, в один прекрасный момент верёвка на моих плавках развязалась(ну, конструкция у них такая). Пришлось их снять и погонять ими Антона, который в меня брызгался. Каким-то образом он выдернул у меня из рук плавки и потом сообщил, что у него их нет. Искать их в озере ночью было бесполезно, так что я так и вернулся в корпус. Силы были на исходе, мы расползлись по комнатам и свалились в кровати. Через несколько минут в коридоре раздались громкие пьяные вопли и удары по дверям - это местные пришли разбираться друг с другом из-за одинокой девушки. Прислушавшись и поняв, что к нам никто не ломится, мы решили не участвовать в шоу и снова спокойно уснули. Правда, на следующее утро при разборе полёта выяснилось, что при первых ударах все моментально протрезвели, Shed сидел на кровати с фонарём и "Ударом", Snake зарядил ружье и рвался в бой, а я вооружился "Контролем" и "Ударом", повторяя "надо было взять пушки побольше" и ругая родителей, не давших мне это сделать.

День второй, 3 июля, сб.

Я открыл глаза в 7.35, задав себе классический вопрос: "что же было вчера?" и, не найдя на него ответа, снова попытался уснуть. Ничего не вышло. За стеной, в комнате AO, было слышно, что народ уже встал, но я честно провалялся в кровати почти до самого завтрака. АО уже успели искупаться, они поведали мне, что искали мои плавки целый час и нашли их, но вернут в торжественной обстановке при большом стечении народа. Растолкав SO, организованной толпой вся команда пошла на завтрак. С крыши крыльца корпуса, прямо над ступеньками, свисали мои плавки. Я обрадовался и без труда достал их оттуда. Как потом выяснилось, плавки Антон припрятал еще накануне (типа прикололся), а вешали их уже сегодня утром с большими трудностями - Оля для этого забиралась на Снейка, после чего они падали. В столовую в этом году мы шли в первый раз, и я волей-неволей вспоминал предыдущую поездку в контексте общения с обслуживающим персоналом.

Столовая встретила нас мрачным и тихим коридором. В зале за два года произошли изменения - V. I. P. был закрыт, а большой зал разделили на два, в одной половине поставив маленькие столики на четверых, со скатертями, солонками, салфетками и т. д. и т. п. Другая часть зала осталась без изменений. Заведующая столовой, Нина Ивановна, встретила нас и извинилась за невозможность накормить пятерых (она ждала троих), мы тоже извинились перед ней, сказав, что это не её вина, и уселись впятером за один стол. Вообще, это выглядело довольно странно - большой и абсолютно пустой зал столовой на 500 человек, и за одним маленьким столом сидят пятеро. Девушку, официантку, принесшую нам завтрак, я узнал сразу. Это была та самая Катя, которую мы с Андреем (Shum'ом) так часто вспоминали. Всё же боясь ошибиться и оставив себе пути к отступлению, я поинтересовался у неё: "Вы - Катя... или нет?". "Катя", - сухо ответила она. На мой вопрос, узнала ли она меня, она ответила утвердительно и также сухо, после чего, пожелав всем приятного аппетита удалилась. Я сидел несколько обескураженный такой холодной встречей, а остальные, злыдни, слегка надо мной посмеивались. Принесенного завтрака вполне хватало не то что на троих, а даже пятеро его не смогли съесть полностью. Перед тем, как начать загрузку пищи, я выразительно посмотрел на Shed'a и сказал: "Shed?" "Та же фигня", - ответил он. Все дружно повторили это и принялись есть3. Разглядывая объёмы пищи, я мечтательно изрёк: "Всё, буду отъедаться и отсыпаться - и стану большим и толстым". Коллектив меня поддержал, и только Snake, выдержав гамлетовскую паузу, обиженно произнёс: "Насчет толстых попрошу не выражаться". За время завтрака на небе собрались тучи, ударил гром, а следом за ним пошел дождь, поэтому, выйдя из столовой, мы еще минут 15 стояли под козырьком у входа, размышляя о влиянии человека на погоду, и споря о целесообразности привоза сюда больших толп мифистов. Настроение, вообще говоря, было мрачноватым - у причала не было ни одной лодки, теннисных столов - тоже, возможные ночные визиты местных также не радовали, да и погода за последние 12 часов успела облить двумя хорошими дождями. А сидеть неделю в номере за 120 рублей в сутки и резаться в преф - плохая перспектива: слишком дорого за вист получится.

В таких мрачных мыслях мы взяли бадминтон (обсудив в очередной раз, зачем пятерым семь ракеток) и отправились на волейбольную площадку. Хорошо хоть на ней была сетка. Пока четверо гоняли волан пара на пару, кто-то пятый расстреливал из пневматики окружающие предметы. А по выбору мишени, оказывается, хорошо определяется характер человека.

Особенно ярыми стрелками оказались трое - Ольга, Антон и Shed. Ольга использовала в качестве мишени пластиковую бутылку, которую ставила на судейскую вышку, и откуда она громко и эффектно падала после выстрела. Shed делал всё молча, сосредоточенно - устанавливал травинку-мишень, выбирал позицию для стрельбы. Стрелял из положения лежа или с колена, прижав ствол к фонарному столбу. Антон специальных мишеней не ставил - выбирал те, которые висели, стояли и даже двигались вокруг. Последнее относится к воланчику, которого Snake упорно старался подстрелить. По его движениям было видно, что он с удовольствием пострелял бы на звук, с одной руки, очередями, так что однозарядность винтовки его сильно тяготила.

Через некоторое время опять пошел дождь, и мы спешно вернулись в корпус. Оля хотела было искупаться, но жуткие раскаты грома и стена проливного дождя всё-таки её остановили. Вообще, она была самой водолюбивой в нашей компании. Если ей приходило в голову залезть в воду, то в глазах вспыхивали эдакие дьявольские огоньки, и уже пытаться отговорить её, ссылаясь на какие бы то ни было причины, было невозможно. Невозможно так же, как и вытащить её против воли из воды. Вылезала Оля почти всегда замерзшей, но непременно довольной. Дождь всё шёл, все собрались у меня в номере, разлеглись на кроватях, открыли пиво и стали релаксировать.

К обеду дождь кончился, в тучах даже стали появляться просветы синего неба. В столовой нам были накрыты два стола - на три и на два человека, но Катя позволила нам их сдвинуть в один. "Семейные пары" разделились и сели друг против друга, я занял место во главе стола. Тему для разговора нашли, как всегда, подходящую - о туалетной бумаге с протектором.

После обеда нам удалось поймать деда-банщика. Мы взяли одну лодку, она стояла на конспиративной квартире - в кустах у бани. Нас попросили ставить её туда же, чтобы не очень бросалась в глаза. Также нам выдали столешницу для теннисного стола, а основу мы притащили от третьего корпуса. Первую часть столешницы несли Snake, Shed, я и даже Оля. По ходу дела возникли разногласия, поэтому вторую часть Антон решил доставить в одиночку, поспорив с Юрой и мною на пиво, что сделает это. Он долго мучился, шатался, но спор выиграл. Как раз в этот момент в корпус пришла В.И., и мы очень тепло и мило побеседовали о прошлом, будущем и настоящем турбазы. Оказалось, прошедшей ночью местные сломали две двери, поэтому для нашего спокойствия нам был выдан ключ от всего корпуса. Настроение теперь поднялось - все блага турбазы стали нам доступны. Единственное - качество воды в трубах водопровода - нас не устраивало. В.И. рассказала, что неподалеку существует родник, откуда можно брать приличную воду.

Установив стол, мы решили опробовать лодку. Отправились все, захватив с собой массу вещей - бутылки под воду из родника, ласты (2 пары, не склеенные), фотоаппараты. Доплыв до третьего пляжа и набрав родниковой воды, мы отплыли подальше от берега и стали купаться. Я давно заметил, что просто плавать в воде людям неинтересно, поэтому они начинают топить друг друга или окружающие предметы. В ход пошли спасательный круг, вёсла, а также тапочки, которые, как выяснилось, тоже прекрасно держатся на воде. Ласты пользовались повышенным спросом. Причем так получалось, что в каждой парочке одна половина "стреляла" ласты другой. Оля стопроцентно захватила снейковские, несмотря на его долгое и нудное бормотание про то, что она их потеряет; Shed отнял ласты Ольги - в них он учился плавать, уцепившись за трос лодки.

Надо сказать, что купание с лодки было в этот раз наиболее популярным, пляжи использовались в основном в темное время суток. А на лодке можно было и позагорать, и понырять с неё, и покататься за ней на буксире. Особенно были любопытны моменты загрузки/выгрузки. При посадке все (кроме меня естественно), старались оккупировать заранее полюбившиеся места. SO постоянно делили нос (т.е. бак, точнее, БАК, - крупными буквами - с тех пор как Ольга обругала меня за ламерство). AO делили две скамейки - с которой гребут и на которой загорают. Корма обычно доставалась проигравшим. Спуск в воду из лодки осуществлялся в зависимости от кармы и менталитета каждого. Snake прыгал рыбкой, девушки аккуратно сползали за борт. Залезали обратно тоже по-разному, в зависимости от физических данных и количества одежды. Особенно оригинально это делала Оля в ластах. Первая часть - вынимание корпуса из воды, проходила обычно успешно, не считая тех моментов, когда верхняя часть купальника цеплялась за борт. Вторая часть, закидывание ног в ластах в лодку, всегда проходила трудно - видно, сказывалась привычка к бальным туфлям.

Возвращались с купания весело - Snake сел на правое, я - на левое весло, SO пытались нами командовать. Антон грёб мощнее меня, поэтому лодку постоянно разворачивало. Команды Ольги с бака иногда раздражали нас, и мы, как бы случайно, брызгали на неё вёслами. Она за это тоже поливала наши мощные спины. Shed сорвал голос, крича: "Витя, греби!", но всё было бесполезно.

За ужином разговаривали о высоких материях - факториалы, сходимость и т.д. После ужина всех заплющило. Нет, у меня так в черновике и написано - "всех заплющило". В общем, все действительно устали, и делать ничего не хотелось. Для "обсуждения наших риквестов" все собрались у меня. Оля использовала Антона в качестве тренажера, пытаясь подвинуть его здоровую, объевшуюся и ленивую тушу (прости, Snake) или хотя бы её часть. Но ни единый мускул не дрогнул на лице доблестного мачо, впрочем, как и на всём остальном теле. Он спал. От темы сильного Snake'a перешли на тренажеры. "А вообще сделать вёсельный тренажер, наверное, не так уж сложно", - двинула мысль какая-то из дам. "Достаточно привязать лодку", - моментально парировал Shed.

Наконец, было принято общее решение пойти играть в настольный теннис. Поэтому из комнат вынесли стулья и кресло (специально для Ольги) и поставили их для отдыхающих. Оля очень хотела играть с Антоном, Shed почему-то нацелился на меня. Периодически возникали споры из-за очерёдности игры. После одного такого спора Ольга получила от Shed'a эпитет "глупая и толстая". Девушки долго и громко над этим смеялись. Почему? Спросите у них, долгая история.

Вскоре произошло то, чего мы все в принципе ожидали, но очень не хотели - пришли местные гости. Первыми посетили нас две девушки с парнем - Катя, её подруга Женя, и инструктор Толя. Мы приняли их прохладно, но не злобно. Катю мы знали хорошо, Толика я немного знал раньше, и это были даже весьма полезные для нас люди. Просто на один стол собралось слишком много народа. Катя не играла вовсе, а вот Женя проявила некоторое умение. Гости, видно, поняв, что пришлись не ко двору, сами играть особенно не стремились - в основном смотрели да болтали с нами и вскоре ретировались. Почти сразу за ними пришла вторая партия гостей. Одного звали Олегом, он был весь в ссадинах, с ним были жена и маленькая дочка, другого звали Тарасом, насколько нам было известно, это он недавно вышел из зоны, и сломанные двери в нашем корпусе - его работа. Кстати, Олег накануне было сунулся ко мне в номер, но был весьма безжалостно оттуда выставлен. Ребята были порядком пьяны, но из вежливости попросили разрешения присоединиться. Повисло молчание. Никто из нас не хотел ни идти на конфликт, ни отступать4. Я всё же выразил наше согласие. Парни захотели разыграться. Смотреть на них было не столь интересно, сколь весело - выпившие люди за столом. По ходу игры они начали часто материться, но, надо отдать им должное, после замечания Антона "базар фильтровали". Тарас, как более трезвый, выиграл, и предложил выставить против него самого сильного из нас. Snake в этот момент отсутствовал, поэтому пошел я и без особого труда выиграл у него. Он поблагодарил за игру и попрощался, выразив желание сразиться как-нибудь на трезвую голову. Уже стало темно, пришла пора второго ужина. Ольге, оказывается, не понравилось, что мы пустили местных, поэтому перед ужином состоялась обширная дискуссия на тему: "Особенности национального общения с местным населением", в ходе которой мы с Shed'oм убеждали Ольгу в правильности выбранной тактики. Или стратегии? Или политики?

Ужин прошёл по стандартной схеме - шпроты и орешки для всех, выпивка для каждого, по вкусу.

День третий, 4 июля, вс.

Проснулся я от сильного стука в дверь. "Кто?" - грубым невыспавшимся голосом спросил я. "Дед Мороз", - ответил мне не менее грубый и невыспавшийся голос Снейка. На часах было восемь минут десятого, то есть уже время завтрака, а мы ещё в кроватях. Кое-как быстро оделись и побежали есть. Оля откололась - не пришла. В этот день нас обслуживала не Катя, а её сменщица. Девушка поразила меня (и не только) своей красотой и грацией, я долго смотрел ей вслед (было на что) и бормотал: "Нет, ну вы видели - какая цыпочка!" По нашим агентурным данным, красавицу звали Ладой.

Заспорили о ближайших планах. У каждого была своя идея. Shed предлагал теннис (!), Ольга - пляж, я - прогулку на дальнее озеро, а Snake просто хотел поспать. В результате мы с Юрой пошли играть в теннис, а Антон лёг спать. Shed в вопросах тенниса поимел ко мне в этом году странную агрессию, такого напора я не ожидал, тем более от него. Легкой добычей я становиться не хотел, потому отбивался изо всех сил5. Чуть позже к нам присоединились Оли. Snake тоже вышел, но его колбасило не по-детски, так что ракетку он в руки не брал.

По радио я услышал, что сегодня в Штатах основной праздник - The Independence Day, проще говоря, - День Независимости. Такие вещи надо отмечать, тем более, что на протяжении всего учебного года этим выражением назывались дни, когда от нас ничего не зависело, и мы, независимо ни от чего, пили пиво. Shed вспомнил, что у нашего хорошего друга, господина Сани Санникова, кстати, участника прошлой поездки, сегодня день рождения, и это также нельзя не отметить.

К этому моменту солнце стало припекать, поэтому вся команда опять погрузилась в лодку. Как я уже упоминал выше, Антона не по-детски крючило, он забил на греблю и разлегся на солнышке, напоминая довольного кота. В роли мышей выступали мы с Олей. На весла пришлось сесть нам с Shed'ом, но мы опять гребли несинхронно и лодку опять крутило, на что Ольга сострила: "А на берегу стоит девочка с цветочком и, показывая на лодку, говорит: "Пусть её колбасит..."" Наконец, мы нашли симпатичное место и полезли в воду. Вода оказалась холодной, но у нас в лодке было тёплое пиво, так что от переохлаждения мы не умерли. За обедом снова тихо подкалывали Антона, а я не мог оторвать глаз от Лады.6

Как раз после обеда наступил такой момент, когда первоначальная жажда отдыха оказалась всеми утолена - и на лодке уже поплавали, и купались по два раза в день, и в теннис поиграли. Надо было найти теперь что-то новое, но не напряжное - преферанс и волейбол не подходили. Тут я опять двинул идею пойти на дальнее озеро. Суммарно все не очень хотели, но каждый соглашался, если пойдут остальные. Методом челночной дипломатии консенсус был быстро достигнут, и мы тронулись в путь.

День был жарким, но большая часть дороги пролегала по лесу, в тени деревьев. Snake захватил ружье и по дороге расстреливал, всё что плохо лежало - бутылки, шишки, изоляторы на столбах. К великому сожалению, они не разбивались. Всех упорно терроризировали лесные насекомые - слепни и комары. Меня эта напасть не трогала: как я предположил, мой дезодорант их отпугивал лучше всяких спецсредств. Позже я проверял эту догадку на даче, и она подтвердилась. Так что в дороге я испытывал блаженство - хорошо идти и встречать знакомые повороты, ручейки и просеки, когда тебя никто не кусает. Минут через сорок мы вышли к песчаному карьеру и полю. На опушке леса, на пригорке, стояла та самая геодезическая вышка, которую мы посещали с Андреем (Shum'ом) в прошлый раз. Выгрузив из карманов всё лишнее и проинструктировав остальных насчет ветхости данной конструкции, я отправился наверх. Повторное восхождение не дало таких острых ощущений, как первое 2 года назад. После меня вышку посетили Оли и Snake. От вышки до озера мы дошли минут за двадцать пять. За два года оно не изменилось, только из-за засухи этого года стало ещё мельче. Купались на старом месте. Shed отказался и остался на берегу, остальные отправились искать глубину. Если озеро у турбазы имело илисто-песчаное дно, то здесь в основном были камни, и оно было гораздо холоднее. Достаточно быстро замерзнув, мы тронулись в обратный путь.

По дороге AO решали свои перекосы, а до этого мы с Олей спорили о значении слова "сублимация". Физический смысл этого слова есть переход вещества при нагревании непосредственно из твердого состояния в газообразное без превращения в жидкость. Вынужден признать, что хотя мы обсуждали философский смысл, Оля оказалась ближе к истине, нежели я (честно говоря, я перепутал это слово с "суррогатом").

Обратный путь лежал через песчаную разработку. Пейзаж здесь был почти лунным - огромные горы песка и камней, разрезанные следами бульдозера, и абсолютное безлюдье. Рядом стояли бульдозер и огромный агрегат, отделяющий песок от камня и распределяющий их на разные кучи. Snake возжелал завести бульдозер, залез в кабину, потом некоторое время исследовал его мотор. К счастью, у него ничего не вышло. Поэтому все просто сфотографировались на этом гусеничном механизме, а мы с Антоном ещё посетили сортировщик, забрались на самый верх, и хотели оттуда спрыгнуть на гору песка, но пожалели одежду.

На ужин опять опоздали. Я пришел первым и столкнулся с Катей. Она предложила нам перенести наш завтрак на десять утра, т.к. мы всё равно не приходим во время, а заодно поинтересовалась, не будем ли мы играть сегодня в настольный теннис. Я обещал посоветоваться насчет завтрака с коллективом, а про теннис ответил утвердительно.

За ужином Ладой заинтересовался не только я, но и Shed. Мы заспорили с ним о наличии следа от купальника на загорелой спине девушки - есть или нет? "Ты у нас один, вот и займись ею", - предложили мне. "Ну что вы, у такой красивой дамы наверняка кто-то есть, куда мне...", - грустно ответил я.

Солнце сделало свое дело, и я, ёрзая верхней частью корпуса, сгоревшей впервые за последние несколько лет, после ужина рухнул на кровать и отключился. Спал я недолго, но сон несколько укрепил мой организм, и я нашел в себе силы пойти играть в теннис. Все хотели купаться, но также изменили свои планы в сторону пинг-понга. Да ещё как изменили! Оля захватила теннисный стол и отказывалась оттуда уходить, желая играть исключительно с Антоном. Вскоре пришли Катя и Женя, но Оля стояла на своём. За разговором с Катей выяснилось, что она на самом деле не помнит нашу компанию. Я аккуратно стал напоминать эпизоды прошлой поездки с её участием. Когда дошёл до игры на гитарах, она вдруг спросила: "А что вы пели?" Я напряг свои извилины и вспомнил, что тогда популярностью пользовалась песня про поле, по которому ездили танки. Катя схватилась за голову. "Всё, вспомнила...", - упавшим голосом произнесла она, - "еще "Ой-йо" пели..." Она даже вспомнила приколы Снейка после слов "останусь у Гали". Не могу сказать, что Катя сильно обрадовалась или огорчилась, вспомнив нас, но мне было слегка неловко - человек повзрослел, остепенился, а тут приезжает подлое прошлое и бьет по голове. Тем не менее отношения наши только улучшились. Оля упорно не уходила от стола, и на место Снейка встала Женя. Дабы не скучать, мы с Катей стали играть в бадминтон. У неё оказалась жуткая силовая подача - так мужики не подают, в целом же игра удалась. Уже почти стемнело, когда мы с ней стали играть в теннис. И тут Катя оказалась не новичком. Наигравшись, мы попрощались с гостьями и пошли на первый пляж купаться.

Здесь у нас были иные развлечения. Человека, заходящего в воду последним, неминуемо старались обрызгать. В этот раз попалась Ольга. "Смотри, Ольга - кошка, а Shed и Snake - собаки", - сравнила Оля. Действительно, с воды картина выглядела именно так - по берегу металась туда-сюда Ольга, а из воды торчали головы ребят, реагировавших на каждое её движение. Оля кинулась на помощь подруге, начав топить Антона, ну а я, естественно, присоединился к джентльменам. Ольгу всё-таки забрызгали. Переодевание после купания тоже не обошлось без эксцессов - на просьбу Ольги отвернуться Snake наивно спросил "А мне тоже?" и наотрез отказался это делать. Ольга, иронично заметив, что "это, Snake, твои проблемы" переоделась. Секрет фокуса заключался во взаиморасположении участников. Ольга на фоне еще светлого озера и заката просто выглядела черным силуэтом, поэтому Антон так и пошутил.

В детском "лягушатнике" Shed обнаружил раков. Все переместились туда. Снейк их выслеживал, а хватала Оля. Но на этот раз членистоногим повезло - хорошенько рассмотрев, их отпустили обратно.

Вечерний ужин, как всегда, прошёл у меня. В какой-то момент я решил что-то сказать о местных девушках. "Остапа понесло", - оборвала мою длинную тираду Ольга. Перед этим все скинулись "за жизнь", и ночь я снова провёл на мешке с деньгами.

День четвертый, 5 июля, пн.

Опять меня разбудил стук в дверь - Валентина Ивановна принесла мне мой паспорт и сказала, что можно платить. Невыспавшийся и злой (было около восьми утра), я пошел в административный корпус, потом по старой доброй традиции искупался, и как медведь-шатун отправился бродить по турбазе. Единственное полезное было в том, что я договорился с душевыми и разузнал цену на баню. Она не изменилась - 150 р. за сеанс полностью. Также я заметил некоторое увеличение народа - странные коллективы смешанного возраста и пола то заселялись в корпус, то выселялись из него. По лицам и повадкам было видно, что они приехали на симпозиум какой-то или семинар.

Без пятнадцати десять разбудил остальных - они вроде встали, но в столовую опять опоздали. Я никого ждать не стал и пошёл на завтрак один. "Им хоть на шесть накрой, все равно опоздают", - прокомментировала нашу безалаберность Катя. Она сменила свой обычный халатик на стандартную форму официантки, с короткой юбкой, показавшей стройность её ног, так что Антон7 воззрился на меня с некоторым удивлением и уважением, связав перемену внешнего вида Кати с нашим вчерашним бадминтоном.

После завтрака заказали себе на среду баню, после чего отправились в душ. Там в раздевалке, на стене, среди другой живописи, красовалась размашистая надпись "Snake was here", оставленная Антоном в прошлый раз. Рядом скромненько было нацарапано "ВС", но была ли это моя роспись, я не знаю, не помню. В этот раз я свой росчерк оставил, а Snake просто у старой надписи даты поставил - той и этой поездки. Повоевав некоторое время с процентным содержанием горячей и холодной воды в душе, мы принялись мыться. Shed уронил мыло, нам сразу вспомнился анекдот про армянские бани8, и ему он тоже вспомнился, так что Юра сначала испросил нашего согласия, а уже потом поднял мыло. В душе тоже, несмотря на полную оголенность, характеры людей проявляются весьма сильно - по предметам туалета. В данном случае вопрос был в том, кто как относится к своей голове. Я вообще не брал шампунь в поездку, Shed взял "главный секрет MIB", а Snake, у которого волосы были немного длиннее моих, привез аж два флакона - шампунь и ополаскиватель, на что Юра поинтересовался: "Snake, на хрена твоему ёжику ополаскиватель?"

После душа я запланировал поездку в город за билетами. Составить мне компанию никто не захотел, но вот кто когда будет уезжать - решали долго. Мужики проявили твердость, и сразу, не дожидаясь решения дам, объявили - Shed едет в четверг, Snake и я едем в субботу. Автобус уже заводился, а девушки всё не могли определиться - обе хотели уехать в пятницу, или Оля в четверг с SO, но в результате они решили не бросать свои половины.

Автобус, почти пустой, тронулся, я уставился в окно водителя и задумался. Но думать в этом автобусе было невозможно. Лента неасфальтированной дороги переползала с горки на горку, лихой водитель гнал эту колымагу так, будто он Шумахер на "Формуле-1". Линия горизонта и верхний край лобового стекла иногда становились чуть ли не перпендикулярны друг другу, в такие моменты я вспоминал "Реталятор". Более раздолбанной тачки я не видел в жизни. Всё держалось на честном слове и на каждой кочке дрожало как хорошее желе, но с металлическим лязгом.

Мне вспомнилась прошлая моя одиночная поездка в Бологое. О чём я думал тогда? Я думал о том, что люди в провинции одеваются не так, как в полисах. Вернувшись к этой теме, я нашел в чём суть различий в одежде. Суть в том, что в провинции как-то не различают одежду для дома и для выхода в город. Только молодежь да некоторая часть женщин, видно, проводят какую-то грань между этими субстанциями, а мужики щеголяют в потертых джинсовках и рваных спортивных штанах.

Свою программу я выполнил очень быстро и успешно. Здание почты нашел сам, по памяти. Оставшееся время я потратил на изучение магазинов. В общем, картина не изменилась, но доля мест, торгующих ширпотребом, всё же увеличилась. Покупать ненужные безделушки мне не хотелось, единственное, я несколько минут постоял над тамагочи - взвешивал, стоит ли этот прикол 30 рублей. Не стоит. На обед я вернулся вовремя - народ уплетал второе.

После обеда Shed взялся за старое - отобрал у меня кружку и кипятильник, добыл где-то двух мидий и одного рака, сварил всех их по очереди в этой самой кружке этим кипятильником и съел. И остался жив. Всем всё было лень, я решил поплавать на лодке один, но сообщил об этом решении остальным. Откуда ни возьмись, у Оли появились силы, и она решила составить мне компанию. Пока я отстёгивал лодку и отчерпывал воду, она собиралась, а придя, заявила, что SO тоже сейчас будут. Тут выяснилось, что на дальний конец озера в этот раз никто еще не плавал, и решили рвануть туда. Правда, рвануть "по-нашему" не получилось. На вёсла уселась Оля с приступом легкого занудства (капризом) и не желала с них уходить. Медленно-медленно9 мы проплыли под мостом в другое озеро. Оно больше напоминало хорошее болото количеством различных водорослей, лилий и кувшинок.

И в этом Саргассовом море Оле пришла в голову гениальная мысль искупаться. Звучало это так: "Ой, я хочу сфотографироваться с во-о-он той лилией". Путаясь в траве, Оля двинулась к цели. Лицо её было напряженным и сосредоточенным. С таким лицом она подплыла к большой и красивой лилии, что-то с ней сделала, после чего лилия ушла под воду, а когда вышла, то товарный вид уже потеряла. Оля поплыла к следующей. Картина повторилась. Мы в лодке просто не могли удержаться от смеха, а лилии всё тонули. Оля сама развеселилась; оказывается, если она смеется, то плавать уже не может, вот она и хваталась за лилии. Наконец, нам удалось её сфотографировать с цветком.

Солнце куда-то скрылось, купаться уже не очень хотелось, мы, поняв, что не сможем уплыть далеко, повернули обратно. Под мостом два подростка экспериментировали с маской и трубкой, игнорируя наши мягкие просьбы убраться с дороги, за что в конце концов были обруганы Олей. Солнце всё же поджарило нас, и мы залезли в воду. Кроме Sheda, который, выказывая спартанскую стойкость к жаре и чисто английскую невозмутимость, всё это время оставался в черных джинсах и футболке. Его нирвана была нарушена обеими Ольгами, которые стали брызгать на черный прикид Sheda. Не вынесла душа поэта такого издевательства, и хозяин одежды рассвирепел. Для начала он повыкидывал из лодки тапочки Ольги в разные стороны. Потом пообещал выкинуть вообще все её вещи, начиная с очков. Ольга пыталась возражать, переговоры этой милой парочки проходили на очень серьёзно-обиженно-повышенных тонах, не оставлявших надежды на шутку. Затем Shed сел на вёсла и начал уплывать от девушек, не заботясь о том, доплывут ли они самостоятельно или нет. Я нервно смотрел на часы и советовал Shed'у всё это прекратить. Да, признаю, по поводу опозданий куда-либо я занудствовал больше всех. Наверное, можно было относиться к этому проще. Объяснение этому есть: в своё время, в прошлую поездку, я заработал несколько мозолей на руках и других интересных местах, когда заплывал слишком далеко и возвращаться к сроку приходилось, выкладываясь на полную катушку и громко ругаясь на себя. Повторять эти ошибки не хотелось.

Девушки всё же залезли в лодку, получив от Юры по нехилой порции воды на голову, и мы даже успели к ужину. Попутно обсудили, стоит ли мне дарить цветы местным дамам. Не стоит.

А в это время по турбазе бегал злобный Snake. На мой участливый вопрос о том, с какой радости он так шипит и пенится, Антон выдал такую многоэтажную конструкцию с подземным гаражом и солярием на крыше, что мне даже стало его жалко. Причиной, как всегда, оказалась женщина. Точнее, несоответствие протоколов обмена данными между двумя разнополыми устройствами.

Столовая на ужине бурлила - народу было больше обычного. В старом VIP'e отмечали какой-то праздник, да и в нашем зале было много накрытых столов. Оля на ужин не пришла - ну, любит человек сепаратизм, что поделать... Snake каким-то образом (за пиво) добыл у официанток кастрюлю с широким дном - для раков. После ужина мы с Антоном решили всё же опробовать волейбольный мяч, пусть даже вдвоём, т.к. остальные отказались. По пути надо было занести в столовую девушкам пиво. Мы предложили составить нам компанию для пляжного волейбола. Они отказались, сославшись на большой объём работы, но намекнули на существование других форм проведения досуга и в другой день. Выходили мы из столовой как Траволта и Джексон из забегаловки в конце "Криминального чтива", - в таких же маечках и семейных трусах, правда, без пушек в них, но пытаясь не уронить челюсть на пол. Нет-нет, входили мы в столовую тоже в трусах и маечках - это просто монолог об одежде, а не результаты посещения столовой.

Игра у нас не получилась, даже появление Оли не спасло положение, поэтому на волейбол забили и вернулись к настольному теннису. Здесь нас ждало новое разочарование - нас посетил один местный мастер, весьма милый парень по имени Вадим. Он вежливо попросил присоединиться; и встав за стол "сделал" по очереди меня, Олю и Снейка. Абсолютно удрученные, мысленно пропев "Аргентина - Ямайка 5:0", мы пошли охотиться на раков.

Раки, это, знаете ли... Это раки. Охота на них в темное время суток требует недюжинной сноровки и мастерства. Вооружившись фонариками, мы поплыли в места, где раки... ночуют. Начали со второго пляжа. Я по гуманистически-гурманским соображениям участия в этой Варфоломеевской ночи не принимал, только следил за тем, чтобы добыча не разбежалась. А все по очереди подтаскивали к лодке раков и кидали их в специально обученную кастрюлю10. Каждый новый рак приветствовался дружными воплями восторга и оценивался на предмет линейных размеров. Особенно нас интересовали клешни, как самая съедобная часть11. Подобным образом мы обошли еще несколько мест, завершившись на третьем пляже и выловив около 20 раков. Уже стемнело окончательно, комары нещадно кусали во все доступные места. Возвращались обратно в весьма форсированном темпе. У причала мы с Олей искупались - после быстрой гребли и укусов надо было ополоснуться..

В корпусе силы меня покинули, и в приготовлении ужина я работал зрителем. Раков для начала переместили в пакет и сложили в тумбочку. После этого была создана сложная система из розетки, тройника, двух кипятильников и кастрюли с водой. Нирвана продолжалась недолго. Вскоре мой кипятильник задымился, и систему быстро разобрали. Так мы обломались с раковым ужином. Раков вернули обратно в кастрюлю и накрыли гитарой, чтобы ночью они не расползлись и не сожрали меня. Поужинали консервами и легли спать. Это читать быстро, а ложились мы спать никак не ранее двух часов ночи.

День пятый, 6 июля, вт.

Утром во время завтрака в столовой была открыта новая услуга - приготовление пищи, добытой самими отдыхающими - наших раков варили не кустарным способом, а подключив промышленные мощности. Пока мы завтракали, раки сварились, Катя принесла их нам, предупредив, что трое не покраснели. Не угостить Катю и Ладу было нельзя. Я попросил у Кати чистую тарелку. Видимо, поняв, зачем, она дала мне две тарелки. Мы положили на них по три рака и с благодарностью вручили девушкам.

День был жаркий и безветренный, все опять собрались плыть к роднику за водой и купаться. Я это мероприятие послал - не хотел обгорать еще раз. Кроме того, медленно сжимавшаяся в эти дни пружина недосыпов при хороших физических нагрузках наконец распрямилась, и это вылилось в чистый отруб. Иногда, правда, сквозь мой сон прорывался Snake. Он как-то странно появлялся из вспышки света посреди комнаты и исчезал также стремительно - забирал бутылки для воды, весла, приносил деньги за жизнь после четверга.

Окончательно проснулся я к обеду, и начал стучать во все наши двери, извещая о наступлении еды. Но на мои стуки вышел только Shed, который тоже всё это время спал, остальные же ещё не приплыли. Вдвоём мы отправились на обед.

Я уже начал не на шутку волноваться, не случилось ли чего с отсутствующими. Shed флегматично объяснил мне, что, наверное, всего-навсего утонул Snake, и девушки гребут одни, вот и задерживаются. Слава Богу, всё вернулись в половину третьего целые и невредимые.

После обеда лезть на солнце никому не хотелось, все собрались в номере у SO и ели раков под пиво. После трапезы AO пустились в романтическое плавание на лодке, а остальные решили "нести пичку" (Рис. 1).

"Нести пичку" - выражение Shed'a12, и тут надо сказать несколько слов о лексиконе этого милейшего индивидуума. В прошлую поездку он пустил в наш обиход словосочетания "резкий парень" и "та же фигня". В этот раз были добавлены следующие фразеологические изыски. "Пичка" и "пичку несло" Shed употреблял периодически с субботы, упоминая преф, а начиная со среды данное выражение было заменено на "бубеныть" - по всякому случаю и без него. Но чаще всего произносилась "специально обученная" - то относилось практически к любой вещи, и количеством повторений с ней мог посоревноваться лишь мой "тоже вариант". И, кажется, именно со вторника Юрой в оборот было запущено слово "паштЭт" - чудо консервированного кулинарного искусства, весьма почитаемое и поедаемое Shed'ом.

Играли мы до ужина, попутно уничтожая семечки. Перед ужином мы искупались. Идти на пляж не хотелось, и мы полезли в озеро у столовой. Ольга долго ругалась на нас за эту идею, т.к. ей там было слишком грязно. AO, несмотря на взятые у меня часы, на ужин опоздали.

После ужина все опять разделились по интересам - Оля хотела поиграть с Антоном в теннис, мы продолжили писать пулю. Вечер был изумительным. Валдайская возвышенность, заходящее за сосны оранжевое вечернее солнце, легкий теплый ветер, ласкающий лицо; двое рубятся в настольный теннис, остальные сидят на террасе, поставив кружком стулья и кресла, играют преферанс и потягивают портвейн. Вокруг никого, только редкие мужики проходят в магазин за спиртным, да стайки молоденьких девушек дефилируют к озеру. Никто не мешал - местные обоих полов не приходили. Никого не плющило и не колбасило, все наслаждались отдыхом.

Рис. 1. Преферанс втроём.

Наконец, АО наигрались, а мы закрыли пулю. Я был в выигрыше13, если бы играли по 50 коп. за вист, то выиграл бы 500 руб. Опять пришла идея попробовать волейбол, но пока мы сидели у SO в комнате, кто-то ударил кого-то подушкой - и понеслась. Эта старинная, времён пионерлагерей, забава захватила всех. Подключили даже подушки из моего номера. Все знали, чем это кончится, и ждали, когда полетит пух. Когда он полетел, игру остановили, на поле боя появились четыре веника, которые быстренько замели следы битвы14. Подушку тоже зашили. Потом было стандартное купание и второй ужин.

День шестой, 7 июля, ср.

Выспаться опять не удалось, - наверное, спать на этих кроватях можно, только сильно выпив или устав. Как только это состояние проходит, сразу просыпаешься. В 5.30 меня разбудила и не давала уснуть своими воплями какая-то глупая птица, потом кто-то катался на машине, так что снова уснул я где-то к семи. А в восемь пришел плотник и начал ремонтировать разбитые двери. Исключительно ударами молотка. Так и не выспавшись, мы побрели на завтрак. День обещал быть жарким - на небе не было ни облачка. После завтрака я сидел у себя в комнате и писал дневник, пока не услышал дикие вопли Ольги и Оли из комнаты Shed'a. Ясно было, что Юру чем-то разозлили. Осторожно выглянув в коридор, я увидел очень мокрых девушек и Shed'a с двумя бутылками воды, из которых он и мочил обеих. Вскоре к битве присоединился Snake. Оказывается, Shed мирно спал, когда пришли девушки и аккуратно побрызгали его. Он проснулся, рассвирепел и стал мстить обидчицам. Через двадцать минут жилище SO открылось на просушку - матрасы стояли на кроватях вертикально, одежда и простыни были развешаны по стульям и люстре. Продолжение битвы решили перенести на пляж. Правила были просты - все поливают друг друга на берегу, но на "святой земле", т.е. в озере, бои запрещены. Я чуть-чуть задержался в корпусе, поэтому к моему приходу битва была в полном разгаре. Заметив сухую жертву, все, плотоядно оскалясь, двинулись на меня. Немного побегав от них по берегу, я завис на дереве, где и был нещадно замочен. Но нашим мирным внутренним разборкам помешали враги из внешнего мира - слепни. Такой нахальности от них я никогда не видел. Дабы спастись, стали играть в воде в "собачку" летающей тарелкой. Этот разряд посуды как нельзя лучше подходит для таких игр - благодаря нелинейности траектории полета в целях соприкосновения с летящим телом приходится совершать поступательные движения, преодолевая сопротивление водной среды и своих оппонентов, а при данной плотности жидкости это весьма полезная в физическом плане процедура. Но слепни не отстали и здесь - грызли в голову. Мне (и не только мне) такие издевательства надоели, и я вернулся в корпус. На небе к этому времени появились облака, которые всё темнели и увеличивались. Где-то далеко были слышны раскаты грома. Наконец, появилась одна большая темная туча. Гроза приближалась, усилился ветер. До дождя в корпус успели прийти SO и я, Snake же с Олей немного намокли.

По своей натуре я вообще положительно отношусь к пасмурной погоде, тем более если она сменяет жару. Вот и в этот момент я с удовольствием следил за ударами дождя и ветра в моё окно. Лампочка в люстре замигала, я отключил свет и пошел к АО - порекомендовать выдернуть магнитофон из розетки, но они уже это успели сделать. Налетел очередной порыв ветра, столб ЛЭП напротив окна аккуратно вышел из вертикального положения. У его основания замкнуло провода - там раздавались хлопки и сыпались мощные искры, из трансформаторной будки пошел дым. Практически сразу после этого природа вернулась в контролируемое состояние - ветер и дождь стали слабее, но теперь нас больше волновало то, что электричество как класс на турбазе отсутствует.

На обед мы шли, терзаемые опасениями, что из-за конца света кормить нас не будут. Но обед был, и Катя успокоила нас тем, что проблем с едой не будет. Обедали в тишине и темноте - за окном было пасмурно, и обычно развлекавший нас своим треском старенький столовский магнитофон молчал. В качестве напитка нам был подан кисель. Он оказался вкусным, и все захотели еще. Катя вынесла два стакана, за них развернулась междоусобная война. Увидев наши страдания, девушка сжалилась и вынесла ещё один стакан.

Мелкий дождь не прекращался, поэтому после обеда все, кроме Оли, опять уселись за преферанс. Суровую напряженность игры развеял банщик - с мрачным лицом он пришел к нам в номер и стал рассказывать о проблемах с баней. Говорил он сложно, мы долго не могли понять, чего сегодня вечером в бане не будет - пара, света, горячей воды или холодной. Оказалось, что не будет света и горячей воды в душе. "И стоило из-за такой фигни людей от пули отрывать", - было написано на наших лицах. Нас это не напрягало, главное, что пар и холодная вода были, и дед радостно пошел топить печку. После банщика нас посетила горничная и выдала нам на вечер свечи.

Рис. 2. Преферанс вчетвером.

Ужинали странно - салат, сыр, яйца, кофе и арбуз. Нам такое меню подходило - сразу после ужина надо было идти в баню. Несмотря на очевидность необходимости прийти в столовую в срок и быстро поесть, наш дезорганизованный народ тормозил до последнего, так что сборы в баню проходили на повышенных скоростях, при этом все вдруг забыли, что надо туда с собой брать и стали консультироваться на этот счет у меня - не потому, что я такой завсегдатай бани, а из-за моей долгой памяти.

Мелкий дождь не прекращался, черные стены бани да ещё без света вообще нагоняли грусть и тоску. Дед-банщик внёс свечи - одну поставили в раздевалке, другую в предбаннике. Возникло чувство, что находишься на собрании какой-то секты. В парилке свечи нужны не были, свет проникал туда через маленькое мутное оконце. К нашему удивлению, мы обнаружили в бане небольшой бассейн с холодной водой. Как нам объяснили позже, два года назад не работал насос, поэтому мы и бегали в озеро. Теперь можно было вообще не выходить из бани на мокрую улицу.

Сначала в парилку отправились мужики. Просто погреться. Приличия в этот момент времени еще соблюдались - все ходили в простынях и сбрасывали их только в бассейне или парилке в присутствии однополых особей. Вскоре мы оценили, насколько круче париться при свечах, чуть позже мужикам надоели простыни, и мы стали ходить голышом. Перемещений парилка-бассейн было не счесть, парились мы вместо положенных часа двадцати где-то два с половиной. Естественно, мы не забыли плеснуть пива на камни. Вениками друг друга обхаживали в смешанных составах, особую выносливость показала Ольга. Мы с Shed'ом чуть не померли, пока лупили её, а ей всё было мало. Нет, хотя русский язык и богат различными словами и выражениями, отражающими качественные характеристики предметов, но описать удовольствие, получаемое от бани, всё-таки трудно, или моих возможностей для этой темы недостаточно. После всех этих процедур в соседней комнате нас ждал чай из трав - фирменное блюдо банщика.

Дождь кончился, я немного побродил по мокрой и пустой турбазе в поисках непонятно чего. Настроение было слегка мрачным - на следующий день уезжали SO, да и наше пребывание здесь подходило к концу. В Москву не хотелось.

Остальные в это время валялись на кроватях в комнате SO и спорили о бане. Наконец, все собрались у меня, музыки не было, свет свечи отбрасывал причудливые блики на наши лица. Заставили петь Shed'а, да еще запретили ему говорить "бубёныть". Ольга тоже сыграла и спела несколько песен. Пиво в этот вечер оказалось не очень, и я добавил туда сахарозаменителя. Двух маленьких таблеточек этого чудесного средства оказалась вполне достаточно, чтобы чуть не поссорить меня с Антоном. Правду говорят, что на вкус и цвет товарищей нет. Еще бедного Антона в этот вечер накололи с "огнетушителем" - подменили только что открытую бутылку почти пустой, чем очень его взволновали.

Хотя любимой песенкой этой поездки у Shed'а был незабвенный труд группы "Запрещенные барабанщики" про негра, напоследок Юра исполнил "Я завтра брошу пить". Секрет долголетия этой песни кроется в гибкости её текста - Shed может деформировать его под любую ситуацию. В этот раз изменению подверглись слова про машину - "куплю турбазу я...", Shed это дело подхватил, конкретизировал, как именно будет куплена турбаза и как ею потом распорядиться. Запомнилось.

Несмотря на отсутствие электричества, перед сном я записывал события прошедшего дня в дневник при свечке.

День седьмой, 8 июля, чт.

Интересная жизнь началась еще до завтрака - в корпусе не было воды. Никакой. Виной тому опять же был ураган - оказывается, воду подают электрические насосы, а в данный момент они стояли. Да, если без света прожить ещё как-то можно, то без воды уже гораздо сложнее, так что после завтрака в грустном настроении все поплыли на лодке - загорали, купались, играли в "корову". Загадывали самые различные термины - дефрагментация, иллюзия, интим, категория, флуктуация. С Олей нехорошо получилось - её мы с Антоном выкинули за борт.

На обеде Shed долго смотрел вслед Ладе, а потом самодовольно произнес: "Кажется, я ей нравлюсь..." Ольга изумилась и напомнила ему, что он сегодня уезжает. Ответ Sheda надо процитировать: "Я не знаю как ты, а я уезжаю только через два часа", - то был ответ человека, ценящего каждую минуту и не тратящего времени даром.

После обеда SO собирались, остальные отдыхали. Посидели на дорожку, кинули монетки в озеро, сфотографировались. Я решил проводить SO до вокзала. Настроение, как обычно в таких случаях, было напряженно-грустным.

До поезда оставался почти час времени, и мы решили пройтись по магазинам в поисках сувениров. Но сначала SO захотели сфотографироваться на том же месте, что и два года назад - на берегу озера под деревьями. Ольга привела нас на это место, но вместо трех деревьев нашим глазам предстали три пенька - деревья за эти годы спилили. SO всё же сфотографировались, - с такими же мрачными, как и тогда, лицами. После этого мы посетили несколько магазинов. Я купил себе фотоальбом, Ольга - карту Валдая, а Shed - книжечку про изготовление самогона. Об этом чуде провинциального полиграфического искусства стоит рассказать подробнее.

Сначала внимание на эту книгу обратил я - меня "приколол" текст одного из рецептов: "Самогон шалфейный. Возьмите 200г шалфея, 150г еще чего-то и еще чего-то и залейте это 12 литрами самогона..." Я показал прикол Юре, он проникся этим делом, сказав, что это будет великолепным сувениром с привязкой к конкретной географической точке пространства, и купил эту книгу. Позже он нашел в ней еще много интересных мест, таких как нумерация страниц, качество типографской работы и т.д. Я думаю, при желании можно посмотреть эту книгу у Юры - он дает её на прокат, при условии, что читатель по одному из этих рецептов что-нибудь изготовит и его угостит15.

Поезд подали с десятиминутным опозданием, я посадил SO на их места, пожелал приятной дороги и в грустноностальгических мыслях отправился обратно. Проходя по мосту над ещё стоящим поездом, я вдруг вспомнил, что должен был забрать у Shed'а некоторое количество русских денег, но возвращаться уже не хотелось. До обратного автобуса оставался почти час, я купил маленькую бутылочку иностранного пива (ну, устал я за эти дни от отечественного) и уселся на берегу озера, наблюдая заходящее солнце и размышляя о смысле жизни. Я всегда о нём размышляю.

В таком состоянии легкой грусти я и вернулся на турбазу. На её территории вдоль дороги висели оборванные электрические провода. Это усилило мою грусть - света в ближайшее время не ожидалось. На террасе AO играли в теннис. Наступало время ужина. Чем-то мне хотелось себя порадовать. Поэтому, придя в столовую, я первым делом предложил Ладе вечером поиграть в настольный теннис. Она к этому интереса не проявила. Обломанный, я уселся за стол и принялся есть. Подошли AO. Я поведал им об этом несчастии. Они сразу образовали аналитический центр и выдали несколько полезных советов. "Найди что-то, что девушкам интересно..." - посоветовала Оля.

После ужина я решился на последнюю попытку. Я подошел к девушкам и быстро перебрал возможные варианты вечернего отдыха - волейбол, лодки, купание и т.д. Я знал, что это не покатит, поэтому самое главное оставил на потом: "А можно просто посидеть, поболтать и попить пива - я в номере один живу, так что никому не помешаем". Не знаю, какое слово здесь было кодовым - пиво или то, что я живу один, но это сработало. "Мы придем", - сказала Катя. "И уж найдем, чем заняться..." - добавила Лада.

На выходе из столовой меня ждал аналитический отдел (сокращенно AO) и ждал результатов моего разговора, а также зарплаты за труды. "Ребята, я попал в суп", - пискнул я. Перспектива пить с тремя девушками меня не очень вдохновляла. "Ты попал в суп, но еще не сварился", - ответили мне. Я пошел аврально готовиться к ответственному мероприятию.

В магазине были закуплены несколько "огнетушителей" пива, чипсы, паштеты. Комната была приведена в соответствующий вид - все вещи попрятаны, мусор выкинут, стол отмыт после наших посиделок, а "Архив" приведен к регулярной структуре. И уже под занавес я вытащил веник и подмел пол везде, где он был. После этого я начал бороться с нематериальной, но очень существенной проблемой. Дело в том, что шпроты, купленные накануне в местном магазине и не съеденные из-за огромных их размеров, всю ночь простояли в одной из моих тумбочек, источая аромат масла и рыбы, которым успела пропитаться вся комната. Мне очень не хотелось услышать в этот вечер фразу из знаменитой рекламы про приготовленную на десерт рыбу, а бороться с этим запахом одним проветриванием было невозможно. Пришлось воспользоваться спецсредством для отпугивания комаров - своим дезодорантом, обильно опрыскав им всю комнату.

Дабы чуть-чуть успокоиться, я стал играть с Олей в настольный теннис, обсуждая попутно возможные варианты развития вечера. Через некоторое время пришли девушки. По моим московским меркам начинать застолье было еще рано, поэтому Оля спросила их: "Вы как, поиграете сначала в теннис или сразу в номера?" Я чуть с дуба не рухнул, но дамы этого прикола на моё счастье не поняли и предложили начать застолье. Моя комната им понравилась: "Как же здорово, когда у мужика в комнате порядок, чистота и запах свежести", - сказала Катя. Если бы она знала, каким образом был создан этот "запах свежести"! Некое изумление вызвал "Архив", мирно стоявший у двери, а выставленные мною выпивка и закуска вызвали радостное одобрение. Мы сели за стол.

Должен принести свои извинения, но здесь я не в праве описать дальнейшие события, ограничившись словами о том, что вечер прошёл великолепно и закончился часов в 5 утра. Дневник в этот раз я не писал...

День восьмой, 9 июля, пт.

Проснувшись и оглядев последствия вчерашней гулянки, повсюду валявшиеся в комнате, я принялся за уборку. Вскоре в дверь постучал Snake. Когда он входил, я уловил его ищущий взгляд. Но никого и ничего уже не было. Мы отправились на завтрак. Катя, принесшая его нам, поинтересовалась у меня, как самочувствие. Я сказал, что отлично и тоже поинтересовался её здоровьем. Вернувшись с завтрака, мы встретили горничную. "Пока вас тут не было, Лада приходила. Молча прошла, увидела, что никого нет, и ушла. Она, видимо, Виктор, к Вам приходила", - с провинциальной проницательностью сказала В.И. Я стал понимать, что о вчерашнем вечере скоро будет знать или уже знает вся турбаза...

Никакого общения ни с кем мне не хотелось, и я уплыл на лодке, официально - купаться и писать дневник, а больше - просто посидеть на просторе и немного поностальгировать. После обеда мы решили проплыть на лодке втроем, но нашим планам опять помешал лодочник, и опять нам вспомнился профессор Лебединский... На этот раз он дал нашу лодку на час каким-то двум парочкам. Мы достаточно злобно с ним попререкались, но деваться некуда, пришлось ждать. Пока мы с Антоном бродили с вёслами по берегу, Оля пустилась в одиночное плавание по озеру.

Наконец, лодку вернули. Мы доплыли до моста, долго фотографировались у него, потом я пошел оттуда пешком обратно на базу, а АО поплыли дальше. Мой путь был не очень долгим и интересным, но он был необходим мне. Я "плющился" Ладой.

Вернулся я гораздо раньше АО, и первым обнаружил наличие света в корпусе. Это очень порадовало меня, ибо у АО уже начинали возникать бредовые идеи перебраться на одну ночь в другой корпус.

После ужина мы играли в теннис, а я всё поглядывал по сторонам, надеясь увидеть Ладу. Оля, молодец, все же уговорила меня просто пойти к ней домой. Я последовал её совету, и отправился к даче Лады. Антон с Олей в это время занимались стрельбой из пневматики и пугали соседей, которые в этот момент купались голышом. Мы с Ладой прекрасно провели время, обсуждая жизнь в столице и провинции, её плюсы и минусы. Надо сказать, в этот вечер моё миропонимание изменилось. Я постиг некие скрытые причины и механизмы жизни периферии, цели и задачи людей, её населяющих. А еще я увидел Ладу. Другую Ладу, которую не знал до этого. Я видел её гордой, неприступной красавицей, какой она держалась в столовой, видел страстной любовницей, а теперь, когда она стояла в спортивном костюме в свете заката и прижимала к груди пушистого испуганного котенка, я видел маленькую одинокую женщину, которая не доверяет мужчинам, которая просто хочет устроить свою жизнь и жизнь своих будущих детей, но мужчины в данной ситуации - единственный способ это сделать, и только этот котенок, несмотря на свой страх, готов защищать её абсолютно безвозмездно, и только ему она может открыть свою душу. Мне было грустно оттого, что я ничем не могу ей помочь и жутко хотелось водки.

Назад в корпус я вернулся во втором часу ночи и обнаружил AO, сидящих при свечах. Я поделился с ними своей печалью по поводу завтрашнего отъезда, мы обменялись впечатлениями о последнем вечере и разошлись спать.

День девятый, 10 июля, сб.

Утро началось стандартным образом - несколько раз просыпался раньше времени, пытался уснуть снова, наконец, часов в девять, включил "Молодежный канал" и попытался предположить, что хорошего ждет меня сегодня днем. Опять же стандартным образом без пятнадцати десять Snake постучал мне в дверь, сообщив тем самым о надвигающемся завтраке. Оля на завтрак, как и планировалось, не пошла, но стол был накрыт на троих. Как всегда приветливая Лада, принеся еду, поинтересовалась, выспались ли мы. Мы ответили что-то жизнерадостное и принялись есть. Я настоял, чтобы всё-таки сообщить ей, что Оля есть не будет. Теперь это распространялось только на обед, а завтрак Оли радостно уничтожил Snake.

После завтрака мы начали было складывать вещи, но погода была хорошей - всем троим хотелось позагорать еще, поэтому меня, как свежеиспеченного "специалиста по связям с местным населением" послали договориться с лодочником час покататься на лодке. Переговоры прошли успешно, и мы залезли в нашу лодку №215. На озере ощущение хорошей погоды улетучилось - дул холодный ветер, периодически солнце скрывалось за облака. Тем не менее мы искупались, правда, желание снова загорать и лезть в воду прошло. Оля в ластах уплыла сама по себе, а мы сдали лодку и продолжили сборы. Не знаю, что чувствовал Snake, но я с приближением обеда и отъезда всё больше нервничал. Его, наверное, тоже грызла тоска, ибо он поставил под настроение "Князя тишины" и подпевал во весь голос, что случается с Антоном весьма редко. Запасы "всего, что горит" и еды, несмотря на события последних дней, еще оставались, везти в Москву их не хотелось, поэтому попутно мы "убрали" и их.

На обед Snake собрался странно быстро - сказалось отсутствие ожидания Оли. Придя в столовую, я отдал Ладе стаканы из-под сметаны, которые мы выносили отсюда для вечноголодного Снейка в течение всего отдыха, и, попытавшись сделать спокойное улыбчивое лицо, тихо пискнул: "Мы в четыре уезжаем, приходи ручкой помахать". Во время обеда она была крайне любезна, Антон даже стал смотреть на меня с некоторым уважением и удивлением, а я пытался её незаметно сфотографировать. К концу обеда появилась и Катя. Мы подошли к девушкам и поблагодарили их за официальную часть наших с ними отношений, т.е. за обслуживание в столовой. Они еще раз уточнили, когда мы уезжаем, и обещались прийти проводить. Морская свинка (в данном случае Антон, скептически относившийся к такой возможности) была подавлена. После обеда продолжили сборы. Пришло время "Архива" - сложив на покрывало, мы вынесли его на террасу и зафотографировали. В магазине был перерыв, поэтому сдачу бутылок пришлось отложить. Я дособирался быстро и не мог найти себе места и какого-либо занятия, поэтому по десять раз перепроверял комнату и сумку на наличие забытых вещей, писал дневник, слушал радио. Комната у AO, на мой взгляд, находилась в этот момент в девственно несобранном состоянии - все вещи были вынуты из шкафов и тумбочек и сложены маленькими горками на всех горизонтальных плоскостях - полу, столе, кроватях и тумбочках. При виде этой картины у меня ежик на голове вставал дыбом - казалось, уложить такое за 30 минут невозможно. Тем не менее, Оля отправилась снова купаться. Мы с Антоном вышли отнести в магазин "Архив", но из него, к нашему удивлению, на террасе осталось всего четыре бутылки - такие не принимали. "Тоже вариант, нам же меньше проблем", - подумали мы. Сдав комнату Валентине Ивановне, поблагодарив её за отдых и выслушав её благодарности за наш приезд и примерное поведение, я чуть ли не бегом направился на остановку. Девушки уже сидели в ожидании нас у столовой. Через пару минут, рассыпаясь в любезностях соседям по корпусу, вышли AO. "Антон на бойскаута похож", - заметила Катя. Она была права - с пятнистым рюкзаком и в кепочке он выглядел именно так.

Вообще, на протяжении всей поездки Снейк менял имидж чуть ли не ежедневно посредством удачного использования различных аксессуаров - солнцезащитных очков, кепочки, а, главное, наличием или отсутствием своей мощной щетины. Так временами он становился похож то на Агасси, то на Траволту, то на Алека Болдуина, то на Брюса Уиллиса.

Автобус уже подошел, мы загрузили вещи и вышли прощаться с Ладой и Катей - это была, так сказать, неофициальная часть наших отношений. Все признались, что не любят расставаний, говорить о чем-либо было трудно - как всегда в такие моменты. Отрывочные слова о том, как было хорошо, что не хочется в Москву, о погоде, что еще раз приедем, деланно весело спорили, кто кого забудет первым. Девушкам тоже было грустно... елки, ну не могу я описать этот момент. Даже свою коронную фразу "командир и экипаж корабля...", весьма уместную в данном случае, я напрочь забыл от расстроенных чувств. Решили сфотографироваться у Главного Камня турбазы на память - они стали утверждать что не так одеты, но мы их без особого труда уговорили, скорее не словами, а взглядами. Наконец, автобус тронулся. Еще долго мы махали друг другу руками, а Антон крепко прижимал меня своей массой к стенке, дабы я не наделал всяких глупостей. Побиться головой о стекло мне тоже не дали, банально и прозаично объяснив, что у нас не найдется денег на компенсацию за поломку автобуса16.

До поезда оставался час, половину которого мы пытались сдать вещи в камеру хранения, но по разным причинам у нас ничего не вышло, гулять по городу я не хотел и в результате остался с вещами на том же месте, где SO фотографировались в этом и в позапрошлом году, а AO пробежались по магазинам. Спешка оказалась напрасной - поезд подали с опозданием, и мы спокойно в него сели. Моё место опять оказалось через проход и далеко от AO, но я поменялся и расположился за ними. Они заранее закупили газет с кроссвордами и принялись отгадывать. Меня плющило, я не мог найти достойного занятия своему мозгу и довольствовался разглядыванием вида из окна. Восточно-европейская равнина как нельзя лучше подходила под моё настроение. Дорога - действенное средство от тревог. Вид сменяющихся рек, поселков, полей и лесов с дымом лесных пожаров благотворно подействовал на моё настроение. Моя тоска постепенно ослабела, точнее перешла в контролируемое состояние, я тоже принялся отгадывать кроссворд и читать "Playboy", наблюдая за реакцией окружающих, как и по дороге в Бологое, попутно не позволяя AO совершать аморальные поступки на глазах у всего вагона. Это, конечно, громко сказано - аморальные, так, - милые потасовки влюбленных. Но меня ведь плющило! В какой-то момент Антон спросил: "Слушай, а тебе есть не хочется?". "Хочется", - ответил я. "Правильно, семь вечера - время ужина", - сказал Snake. "Ага, а в десять нам захочется выпить", - добавил я.

Поезд пришел в Москву по расписанию. Выходя, Антон сказал: "Так, магнитофон при мне", и мы спустились в метро. В этот раз пришла пора удивиться Оле: "Сколько народу, и все куда-то спешат. Как в другом мире!" Я этого контраста между Москвой и турбазой не ощутил - видимо, поездки в Бологое сказались. На станции мы попрощались, выразив общее удовлетворение поездкой и компанией.

Так закончилась еще одна поездка на т/б "Озёрная".

Послесловие

Фотографические материалы данной поездки доставили нам массу радости и веселья, все довольны отдыхом и, кажется, не против повторить.

От автора

Я благодарен всем, кто помогал мне в сборе и обработке информации, кто высказывал свои критические и хвалебные оценки по поводу данного произведения. Простите, если чью-то жизнь я отобразил неполно или неверно - всё было писано "по горячим следам", субъективность естественна, а отфильтруешь её - исчезнут краски.


1 В оригинале Оля Богачёва была Ольгой, а Оля Ходаченко - Олей. Однако на самом деле всё было наоборот, и в настоящей редакции эта ошибка исправлена. (Здесь и далее примечания Ю. К.)

2 Имеется в виду - и больше вообще никого.

3 Здесь: "Приятного аппетита". Традиция зародилась в прошлую поездку и берёт начало от соответствующего анекдота (смотри "Приборы").

4 На деле это выглядело больше лениво, чем мужественно.

5 Читай - "порвал его как мальчишку".

6 Это были глаза пастора Шлага.

7 Да и я тоже.

8 Как оказалось, это был анекдот про азербайджанские бани (так, во всяком случае, сказал Rastaman).

9 Ме-э-э-эдленно-ме-э-э-эдленно.

10 Как минимум. Хотя, конечно, это совершенно разные вещи.

11 Одной из наиболее съедобных частей у рака является, между прочим, раковая шейка.

12 На самом деле, это всего-навсего фраза из (опять же) соответствующего анекдота (см. "Приборы").

13 Это был мизер. Точнее, это был не мизер, а паровоз. Даже два паровоза - один мой, другой - Ольгин.

14 Быстренько - это примерно за три дня.

15 К сожалению, книжка была выкинута моей матушкой со словами "У меня в библиотеке (Библиотеке Естественных Наук Российской Академии Наук) такого дерьма навалом, так что нечего им полки забивать".

16 Вообще говоря, слёзы сейчас польются из моих глаз, что вино из твоих бочек.


От Ю. К.

На этом дневник Виктора моего Викторовича заканчивается. Однако существует дополнение этого замечательного труда, написанное Олей. Дополнение это относится большей частью к главе, посвящённой дню седьмому, точнее, к вечерней его части, которая описана у Виктора весьма кратко и, надо сказать, неполно. Последний абзац этой главы оканчивается словами: "Дневник в этот раз я не писал...". И не надо, Витя. Не надо. У тебя же есть друзья.

Страсти по Вите