Виктор Викторович Саргин

Милый друг!

Не знаю, правда, с чего мне начать свое письмо - с извинений или благодарностей - много хочется тебе сказать, ведь "мы не первый день знакомы", правда? С удовольствием бы угостил тебя пивом, но ты его, к сожалению, не пьёшь. За эти без шести дней полгода я хорошо успел узнать тебя, а ты - меня, и, видимо, мы могли бы многое сказать друг другу. Но, к сожалению, нам придется расстаться. Я хотел отложить этот момент до Нового Года, но родители настояли сделать это сейчас. Извини. Когда мы встретились первый раз, я обещал, что мы будем вместе как минимум год - прости, я не сдержал и этого обещания. Твоей вины в этом нет. Ты всё делал правильно. Не буду скрывать от тебя, да и ты уже знаешь об этом - у меня появилась другая. Да, она тоньше и изящнее, её легче носить на руках, говорят, даже умнее тебя, хотя вы одного поля ягоды. Не слушай. Да, я купился на отраженный кошачий блеск её глаз, но ты всегда будешь для меня первым. И я всегда буду вспоминать тебя как старого хорошего друга, с которым есть что вспомнить за чашкой хорошего чая. Свет твоих зелёных глаз в темноте не раз вселял в меня радость, позволяя не чувствовать себя оторванным от мира.

Помнишь, когда мы только познакомились, летом, я тогда ходил лохматый? Мы ещё тогда не так привязались друг к другу и расставались на ночь. Весёлое было время. Я так радовался нашему общению, что везде тебя демонстрировал. Конечно, к тебе стали ревновать. Ольга вообще тогда не хотела пускать тебя в свой дом. Приходилось её обманывать. Да и от моих друзей тебе пришлось наслушаться всякого. Они говорили, что ты тяжеловесен и грубоват, а особенно наезжали на твои вокальные данные. Не бери в голову, это они от зависти. Мы с тобой прекрасно ладили. Ты видел меня и радостным, и грустным. Я, в общем-то, от тебя ничего не скрывал и скрывать не собираюсь. Ты слышал и как я в любви признаюсь, и как матом ругаюсь. И даже в письменной форме. Да мы ведь с тобой последнее время даже на ночь не расставались. У тебя тоже, конечно, загибы были - то вдруг ночью песнь затянешь, или, наоборот отрубишься иногда в середине дня. Ну, это всё мои на самом деле огрехи - с таким двинутым графиком жизни, как у меня, любой мозгами поедет. Хотя, ты сам всегда говорил: "пока силы есть, я не ем", а потом - бац - а ты уже лежишь и сны видишь. Мне бы такое железное спокойствие. Ну и, конечно, подарки ты любил. Я их вроде честно тебе каждый месяц делал - все по западным стандартам - подарок боссу не должен превышать 10 долларов.

Вообще вот так посмотреть - ты меня и лысым повидать успел, и во всех видах одежды - летней и зимней. А ты постоянно одинаково одет - черная кожа с металлом. Нет, правда, стильно. Так вот, бывало, сижу где-нибудь в костюме и галстуке с красивой дамой, смотрю на тебя, черно-кожаного, и вспоминаю, как летом с тобой на дачу с рюкзаком за плечами и пивком топал, и этой самой даме при твоей помощи в любви изъяснялся. Опять же письменно. Только не дошло до неё. Ни тогда, ни вообще. Ну, скажи, это же не наша вина?

Или наоборот, помнишь, как мы тогда осенью с тобой и со Снейком ночью на турслёт шли? С ним еще тогда тоже его подруга была, она чем-то на мою новую похожа. Он её ругал тогда сильно, она за это к концу турслета ласты и склеила. Мне она, кстати, тогда понравилась, хотя чего я тебе всё это говорю? Ты же умный, сам догадался. Так вот, тогда ночью мы по этой жуткой грязище ползли, водочку попивали. А уже холодно становилось, ноги мокрые, да и проголодались мы, и я опять на тебя смотрю и в обратную сторону вспоминаю - Ростикс в ГУМе, где летом от дождя укрывались. Кажется, у вас с Ольгой тогда как раз первая ссора вышла.

Ну а про Обнинск и командировку я отдельно скажу. Вот если бы не ты, нафиг бы там все полетело в воскресенье, да и потом всю неделю ты оперативную связь поддерживал как надо. Вот верно - хочешь узнать друга, сходи с ним в поход... или съезди в командировку. Только я на банкете тебя оставил одного среди бутылок, а сам в пляс пустился, хотя, насколько я знаю, тебе такие вещи вообще противопоказаны.

Ну да ладно, пойду я, пожалуй, вроде высказался - спать уже пора, всё-таки мы общаться-то пореже будем, но не особенно, а во всякие мероприятия типа турслётов ты у меня кандидат номер один, тут тебе конкурентов нету.

Счастливо! Ты первый, и я всегда буду помнить о тебе как о надежном и веселом спутнике, и спасибо тебе ещё раз.

ВВС 19.12.00