хАмяк & РП

Далеко в раю

Intro

Далеко-далеко в океане есть маленький остров. Что в этом особенного, спросите вы? Много других островков в бескрайних просторах океана, и вовсе не стоит заострять внимание всего лишь на одном из них. И будете не правы. Этот островок - особенный. На нем находится рай. И не стоит недоверчиво усмехаться. Там даже табличка есть такая, привязанная к колышку кусочком лианы крест накрест, на ней написано "Рай". Наташка сама вбивала этот колышек, а Роберт ей помогал. И табличка получилась на диво аккуратной, и дощечка как раз подошла...

Verse 1

Сегодня Мерседес не поймала не одной рыбы. Как назло, острога, скользившая в прозрачной воде, только вспугивала разноцветных красавиц, и те, быстро шевельнув плавниками, оказывались далеко... Ну что же, она не расстроилась. День был ласковым (впрочем, как всегда) и ленивым, вода в лагуне отражала всю синеву неба. Потянув гибкую спину, словно кошка, она направилась от берега.

У земляной печи, растянувшись на траве, она смотрела, как умелые руки стройной загорелой женщины расправляются с плодами хлебного дерева.

- Как называлось место, где они жили?

- Дочка, это знают только Боги. Мы зовем это место Земля на Востоке...

- А на что она похожа, эта земля? Там много хижин?

- Да. Только не таких, как у нас. Они из скалы.

- Как можно делать хижины из скалы? - Мерседес слышала это не раз, но не переставала удивляться. Она наморщила носик.

- А тем более жить там? Это как в пещерах наверху, да?

- Наверное.

Женщина заговорила, в который раз пересказывая легенду, и перед глазами Мерседес вставали манящие картины.

Verse 2

Итак, они нашли карту. Они проводили вечера, склонившись над ней. Пожелтевшая бумага, выцветшие чернила древнего бортового журнала. Острый аккуратный почерк с затейливыми завитками. Entrada En El Paradiso - было написано там... Вход в рай...

Старая испанская легенда, карта, которую так и не смогли получить английские пираты, как они не старались... А еще там были стихи на испанском - аллегорический шифр. Тот идальго, который писал их, постарался, и не просто было понять, где он, рай. Только одно: "...Не мечтай о доле иной,/Если очень желаешь - войдёшь,/Но жди бури, нет дороги домой..." - можно было перевести.

Шторм застал яхту неожиданно...

Это был один из тех торнадо, которым американцы дают женские имена... Словно меч архангела несся он по просторам Карибского моря, сметая все на своем пути. А штормового предупреждения никто не услышал - экипаж яхты выключил рацию. Расслабиться, почувствовать себя вне времени и пространства - непреодолимое желание... Было так хорошо! Яхта медленно дрейфовала по ласковым волнам, все собрались на палубе, любуясь закатом.

Все молчали, вспоминая о далеком доме, друзьях, оставшихся в городе. Не верилось, что где-то там существуют пыльные улицы, работа, учёба. Даже обычно буйная Наташка притихла, пораженная созвучностью мелодии и музыки, звучавшей у нее сейчас в душе. Поглядывая на друзей, она заметила, что они тоже это чувствуют. Ленка с Кортесом на руках, смешно встрепанный небольшим ветерком обычно такой причёсанный Вадим... Умиротворённые, мечтательные лица... Может, вот он - рай? Но яхта плыла вперёд...

Спать отправились за полночь, когда в воде уже отражались искры - звёздочки, оставив на вахте... только котёнка Кортеса. Настолько беспечен был экипаж, вверив свою судьбу ветру и звёздам. А ветер нарастал, и котёнок начал беспокоиться. Хотя, конечно, ему по штату полагалось быть "знатной зверюгой" (не смейтесь, можете посмотреть бортжурнал - там отмечено, что вакансия штатного зверя может быть предоставлена только знатной зверюге с опытом работы на плавающих судах от двух лет), но по сути своей он был крохотным котёнком, отправившимся на завоевание морских просторов только благодаря протекции Наташки. Ну не захотелось ей оставлять своего Барсика дома и уезжать одной покорять морские просторы. Котёнок был срочно переименован в Кортеса, рекомендован всей команде как бывалый морской волк и принят. Когда в день отплытия на борт ступил, чуть пошатываясь, двухмесячный котёнок, было поздно что-то менять.

Verse 3

Итак, нарастал ветер, нехорошо скрипела под его порывами мачта, звезды уже не смотрели ласково вниз, их уже не было видно...

Кортес обеспокоился не на шутку. Но он не мог вот так сразу кинуться за помощью, и подорвать свой авторитет морского волка. Паруса были убраны, штурвал зафиксирован, котёнок верил в прочность яхты и поэтому пока ничего не стал предпринимать...

Он ведь не знал, какой шторм надвигается на них...

А торнадо был уже почти рядом. Предвещая его появление, порывы ветра ударяли в борт яхты и бросали на неё волны, как будто пробуя её на прочность. Кортес повел мордочкой, оценивая обстановку, и вдруг...

Шквал налетел мгновенно, и яхта почти легла на борт. Котёнок чудом уцепился за трос и изо всех сил напряг лапки, чтоб его не смыло. Он удержался, и когда корпус выровнялся на гребне огромного вала, кинулся вниз, спасать Наташку. Он не мог бросить её одну! Если бы он только знал, что их судёнышко подхвачено ураганом и с огромной скоростью несётся к земле, которая, как ни странно, не была обозначена ни на каких картах (на одной, очень-очень старой всё-таки была, но все узнали об этом гораздо позднее), и что земля эта окружена кольцом рифов, о которые с налёта разбивались валы высотой с шестиэтажный дом...

Внизу уже никто не спал. Огромные волны захлёстывали судно, его мотало, как щепку. Маленькая яхта была обречена. И тут... Страшный удар потряс корпус - это яхта напоролась бортом на острые скалы. В пробоину хлынула вода. В двухстах метрах от линии рифов, о которые разбилась яхта, смутно виднелся берег. - К земле! - закричал Роберт, стараясь, что бы все его услышали сквозь вой ветра, - Плывите к земле! Действительно, промедление грозило смертью, валы обрушивались на рифы со страшной силой, и яхте осталось жить считанные секунды. Казалось, само небо обрушилось на них.

Солёная вода в лицо, волны, непреодолимое желание сдаться, пойти ко дну, прекратить это никому не нужное сопротивление... Напряжение всех сил, всех, что есть, и нет, на много лет вперед...

Bridge

Они спасли самое главное. Как вы думаете, что бы вы кинулись спасать прежде всего? Роберт спас Ленку и гитару, Ленка спасла Роберта и бортжурнал... А Наташка спасла штатного зверя - котёнка по имени... Кортес. Это было одно из самых дорогих ей существ. В раю ведь не нужно ничего другого - только те, кого ты любишь.

Verse 4

Никто не мог сказать, как они оказались на берегу. Они приходили в себя медленно, жадно глотая воздух. Никто не мог сказать, где они - до рассвета было ещё часа четыре. Только Роберт примерно представлял себе район крушения, но он не помнил на карте в этом месте никакой земли. Отойдя на некоторое расстояние от берега, путники остановились, и решили ждать рассвета...

Первым проснулся Кортес, увидел прямо перед собой огромную, сказочную добычу, радостно мявкнул и ринулся за ней в погоню. От возни проснулась Наташка, сначала отмахнулась от резвого котёнка, который гонялся за какой-то огромной бабочкой, перевела взгляд на берег и просто окаменела... Ей показалось, что такого просто не может быть. Как будто ее, живую и вроде бы даже вполне здоровую, перенесли на какую-нибудь открытку, в нереальный мир... Неправдоподобно синее небо, золотой песок, залитый встающим солнцем, и раскинувшийся океан, волнами ласкающий берег. Позади расстилался изумрудный тропический лес. Так её и застали проснувшиеся остальные - зачарованно вперившуюся в даль...

Прекрасен был этот мир, раскинувшийся перед ними. Нет в человеческом языке слов, чтобы описать пьянящий воздух, напоенный ароматами цветов и трав, растущих вокруг, солнце, ласково согревающее землю, чистейший песок, необыкновенных птиц, порхающих в вышине. Перед их взором раскинулась сказочная лагуна, огороженная скалами, на выступах которых приютилось множество пернатых. Поискав глазами место кораблекрушения, они не обнаружили никаких его следов. Основные обломки унесло в море при отливе, а страшно изуродованный остов яхты затонул полностью. От белой красавицы яхты ничего не осталось, и ничего не напоминало о разразившейся вчера буре. Утонула последняя надежда вернуться домой.

Как не странно, вода никому не опротивела после вчерашнего, и все ринулись купаться. Синие воды бережно приняли странников. После купания проявился дикий голод, все тут же вспомнили, что давно не обедали. Натрясли кучу кокосов и бананов, наловили вкуснейших моллюсков, поджарили пойманную отважным Кортесом рыбу (она, похоже, умерла от испуга, когда увидела такого зверя). Все наелись, и вот тут кто-то произнес вслух витавшую у всех на уме фразу: "Да, это просто райское местечко!" И тут до Роберта дошло...

- Entrada En El Paradiso! - сказал он. - Paradiso! Удивленные взгляды обратились со всех сторон на него. - Так это и есть рай! Вы помните карту?!! Он замолчал, потрясенный мыслю... - Так значит, мы его нашли...

Verse 5

Когда-то давно, столетия назад, два испанских галеона, везущих золото из Вест-Индии в Испанию, столкнулись с пиратским бригом. Один был потоплен сразу - от меткого выстрела взорвалась крюйт-камера. Капитан второго дон Мигель де Лос Ланос был смелым человеком, и не привык отступать, но... бриг исчез. Как будто туман на секунду скрыл все вокруг - и... снова всё было в порядке, снова плескалось море, но не летел по волнам зловещей птицей пиратский корабль, не стелился по волнам пушечный дым, а возвышался прямо по курсу остров, прекраснее которого не видел никто из живущих на земле...

Много-много лет спустя французскому торговому судну встретился Летучий Голландец. Клочья парусов, прогнивший корпус, обрывки испанского флага...

Они всё-таки попытались вернуться домой. Но... Только обрывки бортового журнала могли рассказать, что же случилось. Капитан - француз бережно спрятал записи капитана - испанца. Карту тоже.

Записи дона Мигеля были более чем туманны, со стороны казалось, что они наполнены опиумным или алкогольным бредом. Сумбурные, кое-где полностью вырванные с корнем страницы, обильно сдобренные пятнами рома и жира, описания невиданной красоты пейзажей, и рядом - описания ужасных чудовищ, жестоких битв с пиратами, кровопролитные сражения, и тут же - простые будни обычного грузового судна. И только последние страницы, видимо, повествовали о том ужасном, что предрешило судьбу галеона, и о дальнейшей его судьбе. Но, к сожалению, эти страницы, судя по всему, были написаны уже не рукой самого дона Мигеля, а кем-то из его помощников на старом-старом, уже почти вышедшем из употребления ещё в те времена, языке. Многие потом пытались расшифровать эти страницы, надеясь проникнуть в суть и разгадать тайну местонахождения острова. Все было тщетно. Ведь без карты это было невозможно...

Проследить дальнейший путь карты не смог никто. Время от времени всплывала она тут и там, попадая в руки разных людей, порождая слухи, толки, алчность, зависть и желание завладеть сокровищами. Среди людей жила легенда, что эта карта показывает место, где спрятал отважный дон Мигель сокровища испанского галеона, легенда о райском острове, где каждый человек получит желаемое. Другие, правда, утверждали, что остров настолько хорошо хранит свои секреты, что никому не удастся добраться до него...

Однажды один Наташкин друг подарил ей на день рождения старинную, как он утверждал с улыбкой, испанскую карту, купленную им в одном маленьком богом забытом антикварном магазинчике где-то на юге Франции. Предполагалось, что тут же переведут и прочтут и найденные сокровища быстренько поделят. Все дружно посмеялись и вроде забыли о подарке. И вдруг изумленное восклицание Наташки, задумавшейся над картой, прервало застолье... Под капелькой пролившегося на карту вина стали проявляться другие буквы...

Райский остров... Сокровища... Таинственный текст... Много времени провели они, склонясь над этой картой... Когда был готов примерный перевод, стало ясно - они плывут туда! Недели подготовки промелькнули как в тумане, и вот, наконец, они в море.

Bridge

- Почему они ушли? Почему? Им было тут плохо? Может, они вернуться?

- Не знаю, дочка... Не знаю ... Быть может... Говорят, иногда они возвращаются сюда, и тогда шорох волн вторит их голосам...

Verse 6

Первые дни маленькая компания жила только ощущением счастья на благодатном острове. Казалось, всё на нем было благоустроено для дальнейшего существования человека, всего было вдоволь. Зелёные леса давали прохладу в жаркий полдень, в них росло множество пальм, на которых в это время года росли самые сладкие бананы, финики, кокосы, и путники могли лакомиться ими постоянно. Пресноводные озёра в глубине острова давали им рыбу, которая в изобилии там водилась, а множество родников - самую чудесную воду, прекрасно утоляющую жажду. Можно было целыми днями беззаботно купаться, загорать на пляже, играть во всевозможные игры, а вечерами слушать напевы гитары Роберта.

Однажды Наташка, гуляя по берегу, забрела немного дальше, чем обычно. Порыв страстного исследования увел её в те края, куда обычно они не забредали. Шла она, наслаждаясь тёплым песочком и мягким солнышком, благо дело было уже под вечер, и солнце не палило, и бормотала себе под нос какую-то ерундовую песенку, сочиненную тут же. Песенка вовсе не свидетельствовала о прекрасных поэтических способностях Наташки, зато говорила о ее чудесном настроении.

Вот бреду, бреду, бреду,
Солнечно вокруг,
А куда я прибреду -
Неизвестно никому,
Что я впереди найду,
Неизвестно потому, что...

В этот самый момент она вдруг увидела, что что-то чернеет на берегу. Подбежав поближе, Наташка обнаружила, что это небольшой обломок доски, почти засыпанный песком. Нет, не может быть... Это был обломок их яхты, их красавицы яхты, которую они собирали в поход с такой заботой и от которой ничего, как они считали, не осталось. Значит, вот он, последний кусочек той жизни. Наташка опустилась на песок рядом с обломком, и провела рукой по доске. Родители, прошлая жизнь... Долго сидела она около найденного куска древесины, и грезила наяву, и вспоминала...

Вечером около лагеря появилась Наташка, с трудом волоча за собой довольно тяжелый кусок доски. После недолгого раздумья доску решили сделать местным фетишем, выжечь короткую надпись - "Рай", и поставить на том месте пляжа, которое приняло их, потерпевших кораблекрушение, в ту памятную ночь...

Chorus

Stars shining bright above
Night breezes seem to whisper "I love you"
Birds singing in a sycamore tree
Dream a little dream of me.

Say "Nightie-night" and kiss me
Just hold me tight and tell me you'll miss me
While I'm alone and blue as can be
Dream a little dream of me.

Stars fading but I linger on, dear, still craving your kiss
I'm longing to linger till dawn, dear, just saying this:

Sweet dreams till sunbeams find you
Sweet dreams that leave all worries far behind you
But in your dreams whatever they be
Dream a little dream of me.

Verse 7

Текли дни. Недели... Обитатели рая вначале пытались вести календарь, делать себе орудия труда, строить жилище, но...

Остров обволакивал их, заботился, убаюкивал, давал им всё, о чём только может мечтать усталый путник. К чему жильё, если можно спать прямо на земле под пальмами, и не замёрзнешь никогда, к чему оружие, если пищи вокруг - только руку протяни, зачем напрягаться, бороться хоть за что-то? Вокруг всё было таким ласковым, словно созданным именно для них.

Вскоре они потеряли счёт дням... Купались, ели, спали, слушали гитару, рыбачили для развлечения, исследовали остров... Снова купались, ели и спали... Все загорели, особенно девушки, которые просто обожали нежиться на солнце...

Мысли о доме появлялись всё реже и реже, никто не тосковал, образы друзей уходили в туманную даль...

Только одно событие нарушило как-то раз спокойное течение жизни на острове. Роберт в компании Ленки и Наташки, гуляя вдали от линии берега, наткнулся на скелет. Да-да, самый настоящий, выбеленный солнцем, скалящийся в небо.

- Испанец, - сказал кто-то из них. Они постояли в молчании, и ушли, а под покровом сумерек пробрались к останкам две фигуры... Ни одним словом не перемолвились они, совершая погребение.

- Разгребать песок было сложно... - сказал Вадим, вернувшись к костру. Роберт только молча кивнул, усаживаясь рядом и тряхнув гривой волос.

...Через несколько лет их с трудом узнали бы самые близкие люди. Они говорили всё меньше. И меньше вспоминали. И только изредка в их головы приходил мысль, что рай оказался коварен.

...Ещё десять лет мимо... Кто-то сидел на берегу лагуны, наблюдая за играющими малышами... Иногда его взгляд отрывался от берега и устремлялся к горизонту... Ветер трепал волосы, лица было не разглядеть... Кто из них это был? ...

Bridge

- И они решили уйти? Да?

- Да. Они уплыли на восход...

Instrumental

Плот был связан наспех. Если бы они взглянули на него другими глазами, то поняли бы, что он не продержится в море и дня. Но какая-то лихорадочная сила гнала их вперед. Они должны были уплыть. И вот плот оттолкнули от берега и неуклюже направились к линии рифов. Там должен был быть проход - наверное.

Дальше... Deja vu. Этот шторм они уже видели. Кого-то смыло за борт первым. Кто-то не стал ждать.

Потом каждый избегал говорить о том, что было. Говорят, перед смертью человек видит всю свою жизнь. Наверное, это так.

Когда, спустя много часов, держась на плаву из последних сил и оглядывая утреннее море, Роберт увидел приближающуюся серую громадину, он решил, что все это был сон, кошмар. Нос корабля приближался. Огромные цифры 47 у якоря, хищный профиль. "Крейсер", - подумал он, и провалился в беспамятство.

Американцы подобрали всех. Команда ракетного крейсера ВМС США "Тикондерога" оказалась на редкость дружелюбной. Позже их капитан сам проведал потерпевших крушение.

Их высадили на Ямайке. За время пребывания там Роберт свёл знакомство с местными растаманами, и приходил в себя, покуривая на берегу ганджу. Остальные тоже оправились. Но только одна загадка не давала покоя всем спасшимся. Получалось, что не было этих лет... Все были молоды, словно яхта разбилась только вчера. И словно не было никакого острова ... Словно не было ничего.

Никто так и не решился спросить у другого, а было ли...

Fade out

Потом, в течение многих лет, они видели один и тот же сон. На берегу лагуны горит костер, звезды отражаются в воде... Их голоса разносятся далеко. Каждый раз они просыпались, не веря, что это сон.

А Мерседес, тихонечко уйдя из дома, шла на берег. Может быть, сегодня она их снова услышит.

хАмяк
Rastaman

Москва-Ямайка (далее везде), 2000-2001